Argo19
"Убить жалко, не мучить - скучно!" Гудвин
Название: "Романтические" истории
Автор: Argo
Категория: Джен
Фандом: Люди Икс: Первый класс, Люди Икс, Люди Икс: Дни минувшего будущего
Пэйринг или персонажи: Эрик, Чарльз, Хэнк, Рейвен и другие
Рейтинг: PG-13
Жанры: Юмор, Пародия, Повседневность, AU.
Предупреждения: OOC(!), кое-где пошлый юмор
Размер: сборник драбблов

Описание:
Сборник драбблов. Романтические истории в рамках суровой реальности.

Примечания автора:
За свою продолжительную фикридерскую деятельность встречаю из года в год одни и те же популярные штампованные раскладки в пейрингах. По-моему, в любом фандоме можно найти фики и заявки на пару "учитель/ученик", "шеф/секретарь" и "официант/клиент".
Решила написать несколько пародийных коротких зарисовок про штампованные раскладки в условиях суровой реальности.

Далеко не все получилось смешным, зато реалистичности хоть отбавляй!)
Герои скорее собирательные образы в лице персонажей канона, чем ООСы.

Психотерапевт/клиент. Мойра и Чарльз

Последний месяц Чарльз мучился от жуткой депрессии. Сей диагноз он поставил себе сам, считая, что достаточно квалифицирован в вопросах собственного самочувствия. Он не знал, куда себя девать, плакал ночами в подушку и ходил на занятия йогой, чтобы совсем уж не потерять форму. Его ничто не радовало, жизнь казалась тленом, и вместо лекций по генетике, он пускался в философские рассуждения перед аудиторией. Его «Инстаграм» пестрел грустными селфи, стена в «Фейсбуке» заполнилась постами с глубокомысленными цитатами и мрачными картинками, а рыбки в аквариуме сдохли, потому что он забыл их покормить.
Это был крах. Он рыдал над мертвыми питомцами, запершись в темной квартире. Так его и застала Рейвен, зашедшая проведать любимого братца.
— Я бы сказала, что ты охуел от недостатка внимания, дорогой. Но если ты хочешь называть это депрессией, то, может, тебе сходить к психотерапевту?
— Спасибо… Мне поможет только смерть, Рейвен.
— Харэ ныть, эмо-переросток! Подумаешь, не выделили ему грант на исследование мышей-мутантов! Экую катастрофу себе удумал!
На секунду Чарльз оживился, готовый пылать праведным гневом в защиту своего проекта.
— Это было прекрасное исследование! Оно бы изменило мир!
Но Рейвен его уже не слушала, набирая номер психотерапевта.

Мойра была женщиной строгих правил и закончила университет с отличием. Стажировка, годы супервизии и личной психотерапии с глубоким самоанализом, постоянное совершенствование навыков, конференции и семинары, посещенные ею за баснословные деньги из личного кармана… Все это сделало ее специалистом высшего класса, и брала она за свои сеансы достаточно приличные суммы. А поскольку позволить себе такие деньги могли лишь люди состоятельные, в большинстве своем Мойра слушала ипохондричные жалобы престарелых истеричек или давала консультации по управлению персоналом большим боссам.
У Чарльза Ксавье не было ипохондрии, и он не хотел никем управлять. Но его стремление завладеть всеобщим вниманием и попытки флирта, трактуемые Мойрой как сильнейший перенос, выдавали в нем натуру патологически истероидную, глубоко нездоровую и требующую длительного фрейдовского психоанализа. Она подошла к проблеме Чарльза со всей серьезностью, расписав многомесячный курс работы.
Но на пятом сеансе непрерывного речевого потока со стороны Чарльза, тот понял, что его чары и многозначительные взгляды в вырез докторской блузки не имеют никакого эффекта, и на сеансы ходить перестал. Со слов его сестры от депрессии он избавился, был бодр, весел и получил грант на исследование мышей-мутантов.
Мойра закрыла дело Чарльза Ксавье и убрала в архив. Ее ждала куча других истеричек, и, выбросив из головы «закрытого» пациента, она приступила к работе.

Официант/клиент. Рейвен и Эрик

В кофейне на одной из центральных улиц Нью-Йорка с утра была суматоха. Это вам не забегаловка на окраине штата! И время обеда здесь было не возможностью подзаработать чаевых, а самым настоящим адом для официанта. Все потому, что из ближайших зданий волной прибывал «офисный планктон». Не переставая разговаривать по телефонам, тыкать пальцами в планшеты и делать какие-то пометки в блокнотах, мужчины и женщины в деловых костюмах наполняли ближайшие кафетерии, чтобы наскоро перекусить.
— Ненавижу обеденное время, — бубнила Рейвен, поправляя фартук и торопливо выходя в зал с подносом и записной книжкой.
— Бифштекс на косточке, греческий салат и эспрессо. Да, слушаю тебя, Майлз. Нет, конечно, сижу в офисе, — сказал Эрик, даже не подняв взгляда на подошедшую официантку.
У него на носу висел крупный контракт, сроки поджимали и, если он облажается, как в прошлый раз, то вылетит из офиса быстрее, чем пробка из бутылки шампанского.
Рейвен уже шла к соседнему столику, когда мужчина все-таки поднял взгляд и окликнул ее на полпути:
— И счет принесите сразу! И побыстрее!
Она обернулась, натягивая фальшивую улыбку:
— Конечно, сэр.
Когда горячее и салат поставили на стол, Эрик ел так быстро, что казалось, вот-вот проглотит вилку вместе с куском мяса.
— Не суетись, Леншерр. Чего ты такой шебутной?
Мимо неторопливо протопал толстяк в костюме. Один из тех тормозных менеджеров, что наносили компании ущерба больше, чем пользы. Себе дороже было возражать, решил Эрик. Тем более длинные красивые ножки официантки уже приблизились к его столику со счетом.
— Наличными или…
— Наличкой, свободна.
Девушка закатила глаза, пользуясь тем, что клиент все равно на нее не смотрел, и убралась восвояси. Да у нее таких противных по сотне в день было…
Он оставил хорошие чаевые. Правда, лишь потому, что не дождался сдачи и, чертыхаясь, умчался обратно в офис. А Рейвен не запомнила его лица, имени, заказа, да и за каким столиком он сидел, хотя Эрик был тем еще красавчиком. И все потому, что она крутилась в кафе с утра до ночи, чтобы оплатить квартиру, учебу дочери, лечение больной матери и вообще свести концы с концами. Какой там флирт с клиентами?

Босс/секретарь. Эрик и Чарльз

Эрик корпел над важным отчетом весь вечер. И хотя он был боссом и мог поручить это дело кому-то менее занятому, в таких вещах он предпочитал разбираться сам.
Эмма бесшумно вошла в кабинет через стеклянную дверь, оставив в приемной возящегося с кулером секретаря.
- Ты закончишь когда-нибудь эту хрень, или мне одной ехать?
- Возьми служебную машину, мне не до деловых ужинов сегодня.
- Себастьян Шоу не любит ждать. А мы и так уже опаздываем.
Эрик устало потер лоб, но ни на секунду не оторвал взгляда от монитора, сверяя цифры и пытаясь не слишком отвлекаться на Эмму.
Та оперлась о столешницу и, обмахиваясь какими-то бумагами, уставилась в приемную через стекло. Чарльз Ксавье, новенький сотрудник, согнувшись в три погибели и выставив на обозрение свою филейную часть, пытался починить что-то в кулере.
- Говорят, этот сладкий мальчик холостой, - Фрост огладила взглядом красивые ноги, достаточно широкие плечи и растрепанные сейчас темные волосы. Она любила темненьких, хотя секретари и не были ее целью обычно.
- Ага, - пробубнил Эрик, высчитывая корреляцию между двумя столбцами.
- И что он классно целуется. Подслушала в женском туалете, - продолжала Эмма.
- Ага, - где-то в отчете точно была ошибка, и Леншерр сощурился, пытаясь найти, где не так поставил запятую или впаял лишний ноль.
Чарльз совсем залез куда-то под стол. Брюки плотно обтянули его зад, так что у Эммы разве что слюнки не потекли.
- И у него просто шикарная, аппетитная задница, - она закусила губу, представляя, как обязательно шлепнет ее, когда будет проходить мимо.
- Совершенно согласен, - кивнул Эрик, прокручивая колесико мышки и чувствуя, как от мельтешения на экране начинает дергаться глаз.
Лицо Фрост вытянулось, и она изумленно обернулась на шефа. Заметив, что что-то изменилось, Эрик тут же перевел на свою первую помощницу внимательный взгляд невинных глаз. Фрост ненавидела, когда ее игнорировали, а Эрик не хотел, чтобы ему мелочно мстили как раз перед собранием акционеров.
- А он что гей?
«Что?» - Эрик пытался вспомнить, о чем вообще идет речь. Кажется, Фрост что-то говорила о Себастьяне Шоу – этом мерзком ублюдке, постоянно портящем Эрику проект за проектом!
- Да пидор еще тот. Дождется, что я его выебу в один прекрасный день!
Ошибка в отчете вдруг буквально прыгнула в поле внимания Эрика, и тот снова прильнул к экрану:
– Все, иди Фрост. У меня нет на это времени.
Эмма постаралась вернуть нижнюю челюсть на место, но в итоге так и ушла с открытым ртом. Проходя через приемную, в которой Чарльз как раз вылез из-под стола, багровый и растрепанный, она смерила его подозрительным взглядом.
- Эм, до свидания, мисс Фрост, - проблеял Ксавье.
- До свидания, Чарльз, - загадочно произнесла Фрост, покидая офис спиной вперед.
Чарльз начал нервно поправлять рубашку и волосы, посчитав свой внешний вид причиной такого пристального внимания со стороны такой эффектной женщины, как Эмма. Как раз в этот момент Эрик, наконец закончивший отчет, пронесся мимо.
- До свидания, мистер Леншерр.
Босс уже почти выскочил за дверь, но вдруг вернулся и шлепнул какие-то бумаги перед Чарльзом, собравшимся уходить следом за начальством домой.
- Проверь. Чтобы все было разобрано и доставлено в зал совещаний к завтрашнему утру. Думаю, ты справишься, Честер. Успехов!
- Я Чарльз, - простонал несчастный Ксавье, утыкаясь лбом в кипу бумаг.
Да ему это до утра не разобрать! Может, и зря он устроился сюда по рекомендации своего друга из отдела напротив.
А Эрик Леншерр никак не мог понять все следующие полгода, что за дурацкие шуточки ходят по офису по поводу его ориентации. Какие геи? Дома Эрика ждали трое детей, беременная жена и вкусный борщ. И этот Честер Как-Его-Там тоже не смог прояснить ситуацию, хотя, казалось бы, – секретарь. А каждому боссу известно, что все они жуткие сплетники…

Бармен/клиент. Логан и Чарльз

Свою работу Логан любил. Почему нет-то? В этом баре он познакомился с кучей замечательных людей, да и историй жизненных наслушался вдоволь. А разливать скотч и подавать пиво — не такая уж пыльная работенка. Конечно, всегда находились индивиды, портившие смену. Но пока они не буянили, Логан просто их игнорировал.

— Два пива, пожалуйста!
— «Маргариту» и «Кровавую Мэри»…
— «Джека» плесни, братуха.
— Виски за мой счет этим трем товарищам! Угощаю!
— Дай бутылочку чего покрепче и подороже, а, парень?
— А заплатить есть чем, парень? — Логан нахмурил брови и уперся кулаками в барную стойку, отбивая у какого-то отребья всякое желание брататься.

Вечер шел отлично. Выпивка текла рекой, и некоторым в стакан попадало слишком много. Один из клиентов — мужик в дурацком костюме и с профессорским портфелем — успел знатно принять на грудь. Логан поглядывал на него искоса, чтобы не упустить момент, когда «еще немного» перерастет в «чересчур».
Чарльз же (а это был он) искал ответы на вопросы о смысле жизни на дне очередного стакана. Его бросила жена, выгнали с работы, умерла любимая собака и хозяйка квартиры поперла за долги со съемного жилья. Он должен был вернуться в свой роскошный особняк к маме… И это было так ужасно, что даже виски не помогал.
Но, когда концентрация алкоголя превысила допустимые пределы в крови, воды Нила вдруг расступились перед Чарльзом, и он прозрел!

Наметанный глаз Логана всегда улавливал момент, когда пересекшие черту «еще немного» переходили в стадию пьяных подвигов. И, когда парень в костюмчике попытался подкатить к дамочке, за что тут же заслуженно получил в табло, Логан свистнул вышибалу.
Чарльза вышвырнули на улицу, унизительно бросив портфель в спину, и он уныло поплелся домой.
А на утро сгорал со стыда, вспоминая, как надрался вчера до поросячьего визга. И поэтому решил никогда больше не ходить в тот бар. Где Логан его больше никогда и не увидел. Да и не запомнил он его, если честно. Что он, детектив что ли, всяких мутных типов в лицо запоминать!

Знаменитость/фанат. Рейвен и Хэнк

Концерт прошел на ура, фанаты рукоплескали и орали громче, чем музыка из динамиков. После выступления Рейвен всегда чувствовала себя выжатой, как лимон. А впереди еще была автограф-сессия на выходе, отвратительного качества фотографии на телефоны, страшные прыщавые студенты, лапающие ее за талию и пытающиеся слюняво «типа по-дружески» поцеловать в щеку. Фанаты обеспечивали ей славу, но, как и большинство певцов, Рейвен не любила с ними общаться.
- Там опять твой преданный поклонник! – сообщила Энджел и захихикала.
- Какой из? У меня их тьма!
- Тот, что шлет тебе любовные открытки. Ну, такие уныло-серьезные, - девушка состроила суровое лицо, еле борясь со смехом, а Рейвен возвела очи к потолку.
- Да они все такие. Ладно, пойду на растерзание.
Она вышла к шумящей толпе, тыкающей ей в лицо фломастерами, камерами и дисками на подпись. Принимала подарки, улыбалась, оставляла автографы и была «милой девочкой», как просил ее агент Себастьян Шоу.
- Для… Для Хэнка Маккоя! – один из парней робко протянул ей музыкальный диск.
- Дорогому Хэнку на память от Рейвен, - певица с улыбкой вернула сувенир, оставив на нем размашистую подпись.
- В-вы ведь помните меня, правда? – пролепетал Хэнк, но его голос потонул в гомоне толпы.
На секунду взгляд его обожаемой поп-дивы скользнул по лицу Хэнка, и он ощутил себя окрыленным мечтами о свадьбе и совместной жизни с ней до глубокой старости.
Но Рейвен и Хэнк не встретились взглядами, она не увидела в нем «того особенного, кто перевернул бы ее жизнь» и ушла на пике славы в модельный бизнес. А Хэнк так и остался застенчивым фанатом со странностями, женился «по залету» на соседке и похоронил свои сокровища с автографами Рейвен под детскими распашонками.

Универ. Учитель/ученик. Логан и Пьетро

Когда Логана позвали преподавать на военной кафедре в университете, он думал, что сможет воспитать из слюнявых распиздяев настоящих мужиков. Увы и ах, даже самые худшие его ожидания были слишком хороши для реальности. Неуправляемая масса интеллигентных детишек задирала нос выше, чем Логан мог стерпеть.
- Умоляю, Джеймс. Только руки не распускай, а то университет разорится на судах, - увещевала директор МакТаггерт.
Логан плевался, рычал, закуривал сигару за сигарой, но вынужден был терпеть. Ради будущего этих самых засранцев, которые не понимали, что он пытался сделать из них людей с большой буквы.
А больше всего Логана бесил этот проныра Пьетро Леншерр. Он постоянно прогуливал, попадал в переделки, срывал уроки и не поднимался «с ковра» директорского кабинета.
- Он трудный малый, но мы не можем его просто так выгнать. Его отец очень влиятельный человек, и…
- Клал я болт на влиятельность его отца. Пусть придет и повлияет на своего сына для начала!
Рычание Логана слышал весь кампус, и Пьетро, сидевший за дверью, в том числе. Для проформы он даже содрогнулся и сделал испуганное лицо, словно отец готов был вот-вот ворваться в здание и надрать ему уши. Но ворвался в коридор только учитель Логан из кабинета МакТаггерт.
- Как прошло? Меня уже выгоняют? – Пьетро не смог сдержаться от маленького издевательства и победоносной улыбки.
А Логан смерил его таким злобным взглядом, что другой на месте младшего Леншерра давно бы сгорел заживо.
- Уж поверь, до этого осталось недолго, щенок!
Так оно и было. Через две недели Пьетро чуть не устроил пожар в общежитии, и на педсовете Логан разве что ботинком по парте не стучал, ратуя за его отчисление. Через три дня Леншерра и след простыл в университете. Жизнь Логана стала лучше, спокойней и приятней. И статье по совращению малолетних в ней не было места.


Универ. Мачо/ботан. Эрик и Алекс vs Чарльз и Хэнк

Сколько Чарльз себя помнил, он всегда был в стороне от школьной и студенческой жизни. Тихий ботаник в очках со стопкой книг, не вылезающий из библиотеки. Он очень любил учиться и делал это все время, даже во сне перечисляя химические формулы и повторяя терминологию по генетике.
Среди студентов он был незаметным изгоем, вместе с Хэнком Маккоем – щуплым пареньком в клетчатых рубашках. Они вместе ходили в столовую и сидели рядом на лекциях, обсуждали учебу и жаловались друг другу на отсутствие личной жизни. Ни один из них так ни разу и не решился пойти на вечеринку в студенческом общежитии, в местный ночной клуб или просто позвать кого-то из девчонок на свидание.

Эрик Леншерр и Алекс Саммерс были раздолбаями, тянущими свои долги из курса в курс. А так же они состояли в студенческой футбольной команде, дерзили учителям и играли бицухами перед девчонками. Что делало их самыми желанными и горячими парнями во всем университете.
Однажды, они прогуляли важный тест по ботанике и, чтобы не приходить с пустыми руками в следующий раз, попросили у Чарльза и Хэнка списать.
Но Чарльз сказал:
- Нечего было прогуливать. Сами виноваты!
А Хэнк попытался слиться со стеной, опасливо косясь на бугрящиеся под рубашкой Алекса мускулы.
- Задроты, - буркнул Эрик, уходя.
И больше компания крутых парней и двое ботаников никогда не пересекались. Чарльз и Хэнк закончили университет с отличием, а Эрика выгнали с четвертого курса. Алекс же записался добровольцем в армию и покинул страну еще до того, как его успели отчислить.

Мэри-Сью спасает побитого крутого парня. Эмма и Себастьян

Это был не самый благополучный район города, и все, чем утешала себя Эмма: она здесь временно. С последним мужем не сложилось, но это была лишь одна неудача в светлой полосе ее жизни. Наклевывались новые отношения, а с ее внешними данными найти завидного жениха было не проблемой. Но все-таки нужно время. И увещевания матери, вздыхающей, что ее любимая дочка никак не может найти свое место, только раздражали.
- Мама, хватит причитать. Сколько можно? Да, Азазель – приличный человек, и у нас с ним все получится. Ну, какие внуки? Мне только тридцать пять, успеется еще!
Цокая каблучками, Эмма шла по темной улице и разговаривала по телефону. На автобусной остановке, к которой она приближалась, кто-то валялся на лавке.
«Какой-то алкаш», - подумала женщина и сморщила носик от ужасной вони, исходящей от тела.
Судя по электронному табло до прибытия автобуса было минут пять. Мать в трубку продолжала причитать, попутно успевая в тысячный раз вспомнить, как чудесно все сложилось у нее с отцом Эммы. И как плохо, что дочь бросила того первого мужа…
- Он был занудным импотентом.
- Зато при деньгах! Ничего, нашла бы себе любовника!
Ну, Эмма так и поступила. Но ее интрижка раскрылась, и она оказалась за воротами.
Тело на лавке зашевелилось и застонало, что-то хрипя. Эмма сделала пару шагов в сторону, подальше от подозрительного бомжа. Ботинки того хоть и не выглядели старыми, но были такими же грязными, как и длинное темное пальто. А руки и лицо перепачканы чем-то темным. В какой помойке валялся этот бедолага? А может, его избили, ограбили и бросили тут? Что если на самом деле, он прекрасный миллионер, посланный Эмме судьбой, и стоило бы притащить его домой, отмыть и обогреть?
- Пф, - она не сдержалась и фыркнула своим мыслям. – Ладно, отключаюсь, мама.
Автобус подъехал вовремя, и Эмма поспешила зайти в теплый светлый салон, оставив жителя остановки на лавочке. Не ее это дело, возиться со всякими бомжами. Копы наверняка подберут это тело ночью во время патрулирования.
Себастьян Шоу так и остался валяться на скамье, откуда через пару часов его забрала скорая помощь. Он получил сотрясение мозга, перелом пары ребер и два ножевых ранения в бок, чудом оставшись в живых. А все потому, что до его огромного наследства, которое он получил от покойного отца, было много охочих. Увы, избавиться от Шоу не удалось. Он поправился, вступил в права наследия, открыл свой бизнес и до конца своих дней жил в богатстве и здравии. А Эмма, выйдя замуж за Азазеля, забеременела и родила двойню. И пусть жили они не слишком богато, но все-таки достаточно счастливо. Хотя иногда ей казалось, что она упустила где-то в прошлом шанс всей своей жизни.

Продавец/покупатель. Чарльз и Эрик (и Пьетро)


- А еще у нас есть прекрасные массажные кольца для малышей. Не подумайте, не китайское! К ним по акции идут соски, можно выбрать разных цветов. Есть с мишками, машинками, бантиками… Но, если простые соски не нравятся, то с доплатой в пятьдесят центов получите набор светящихся. Они, кстати, из серии «Мамина улыбка» продаются с набором ползунков. Есть наборы для мальчиков и для девочек. Сколько вам месяцев? – Чарльз протрещал все это на бешеной скорости, стараясь вложить в голову озадаченного папаши-покупателя с милым мальцом на руках как можно больше информации.
Карапуз смотрел на распинающегося консультанта с огромным интересом. Чарльз улыбнулся ему, и тот довольно захихикал в ответ.
- Э-э-э, нам семь, - Эрик нахмурился, оглядывая магазин в поисках Магды, которая бродила где-то между полок с детским питанием и игрушками. Оставив его одного на растерзание этого проклятого консультанта.
- Это же чудесный возраст! Вам обязательно нужно купить массажное кольцо, оно помогает прорезываться зубам. А в фармотделе есть витаминные капли специально для деток, - Чарльз схватил Эрика под локоть, таща к каким-то витринам и попутно скидывая в его тележку самые разные предметы, о назначении которых незадачливый папаша должен был узнать из его уст, как предполагалось. Но большую часть информации он пропустил мимо ушей…
Эрик ненавидел походы по магазинам, покупки, особенно связанные с детскими вещами, и обычно отбривал чертовых консультантов, стоило им хотя бы дохнуть в его сторону. Но сегодня утром они с Магдой сильно поругались, и он должен был быть пай-мальчиком, чтобы не вывести их конфликт на новый виток. А жена очень не любила, когда он «позорил ее в торговом зале» своим «тупым остроумием». Эрик всего-то показывал проклятущим продавцам, что они втюхивают бестолковым мамашам и наивным старикам некачественный и совершенно ненужный им товар.
- Погодите-ка! – Чарльз резко остановился и с энтузиазмом повернулся к Эрику. Пьетро на руках отца радостно булькнул, глядя на растрепанного жизнерадостного типа.
- Что? – Эрик вырвался из своих гнетущих мыслей, в очередной раз нервно одергивая рубаху свободной рукой и плотнее прижимая к себе ребенка.
- Вы ведь уже пользовались новыми супервпитывающими ночными пеленками? – весь вид Чарльза говорил о том, что каждый отец должен был знать о супервпитывающих пеленках все, и, если Эрик сейчас ответит «нет», тот побежит звонить в службу опеки.
- Э-э-э, да, наверное.
Рыжие волосы Магды мелькнули в соседнем отделе, и Эрик рванулся было к ней, но та отмахнулась, показывая, что еще не закончила.
- Чудесно! У нас как раз осталась последняя пачка. Надеюсь, вы не экономите на детях? Идемте…
Чарльз дотащил его на буксире вместе с наполненной тележкой к кассе, где быстренько пробил все, что успел втюхать витающему в облаках папаше.
Пока Эрик выкатывал тележку из детского мини-маркета, он мог думать только о том, что эта пытка наконец-то закончилась. И что больше он никогда не попадется на эту женскую уловку: «дорогой, мы только за детским пюре!»
И все было бы ничего, но памперс Пьетро протек, и все двадцать минут, что чересчур активный консультант распинался перед ними, Эрик думал, как бы никто не заметил здоровенного мокрого пятна на его рубашке, которое он прикрывал ребенком.
- Маленький зассанец, не мог дотерпеть?
Пьетро только угукнул, оборачиваясь к стеклянным дверям магазина, откуда выходила Магда. В ее руках была упаковка памперсов, и две баночки детского питания болтались в сумке.
При виде Эрика с нагруженной тележкой ее глаза полезли из орбит. Как бы тот ни старался избежать конфликта, увы, сегодня жена встала не с той ноги, ну или может, и правда, не стоило набирать все это… В любом случае, спал в эту ночь Эрик в одиночестве на диване в обнимку с пачкой супервпитывающих пеленок.
А Чарльз получил отличные проценты за смену. Жаль странный тип больше никогда не приходил в их мини-маркет. Его жена наведывалась в магазин в одиночестве и никогда не брала больше необходимого…


Изнасилование и вечная любовь. Эрик и Чарльз

Чарльз очень не любил возвращаться так поздно через этот темный парк. Здесь водились грабители и маньяки. В свое время они с Рейвен изучили историю этих мест. Сколько людей здесь погибло! А сколько просто пропало без вести!
Конечно, не все они умерли прямо в этом парке. И некоторые погибли от бытовых травм или в ходе семейной ссоры. А пропавшие исчезали в разных частях штата… Но этот парк был просто концентрацией чего-то дурного и опасного! Как можно было этого не ощущать?!
Продолжая накручивать себя всякими ужасами, Чарльз торопливо шел по одной из освещаемых тропинок. Время приближалось к полуночи, а до дома было еще идти и идти. На автобус он бы все равно не успел.
И тут случилось страшное. Чарльз понял, что слышит за спиной торопливые шаги и чье-то тяжелое дыхание. Его прошиб холодный пот, сердце застучало, как бешеное, он стиснул ручку своего профессорского портфеля и слегка ускорил шаг. Идущий за спиной тоже ускорился.
Лучше бы Чарльз не воображал себе все те ужасы, о которых он только что думал. Говорят же, что мысль материальна. И ладно, если его просто решат ограбить. А если убить? Изнасиловать? Похитят с целью получения выкупа или сексуального рабства?!
Что-то звякнуло у идущего сзади, и Чарльз тяжело сглотнул, чувствуя, как по виску стекает капля пота. Это наручники, точно. Сейчас этот маньяк прикует его к лавочке и сотворит с ним что-нибудь… Нехорошее…
Раньше такими историями пугали юных дев, вот только время такое было… А задница у Чарльза была очень даже ничего и…
Некто сзади вдруг перешел на легкий бег, Чарльз ускорился, чуть ли не спотыкаясь. Маньяк уже почти дышал ему в затылок, и нервы бедняги все-таки сдали. Бежать вперед не было смысла, он будет видимой мишенью. Поэтому Чарльз резко рванулся в темноту парка прямо через кусты, дав такого стрекача, что чуть не потерял и без того слегка великоватые ему брюки.

Эрик Леншерр задержался на работе допоздна и решил срезать через парк, чтобы успеть-таки на последний автобус. Не он один в этот чудесный прохладный вечер шел домой пешком. Какой-то тип в костюме топал впереди, размахивая портфельчиком. Кто только ходит с такими дурацкими портфелями?
Пока Эрик размышлял о последних писках моды, постепенно ускоряясь, время, отведенное последнему автобусу на маршрут, неумолимо истекало. Часы показывали без пяти полночь, а до выхода из парка было еще далековато. Он чертыхнулся под нос и перешел на бег. Дерганный мужик впереди было ускорился. («Небось тоже опаздывает», - подумал Эрик). А потом резко свернул в кусты, придерживая штаны.
«Диарея. Не дотерпел до дома, бедняга!» – посочувствовал мужику Эрик. Он и сам как-то пострадал от этого недуга…
«Пронесло» – подумал Чарльз, глядя на пробегающего мимо маньяка. А ведь сегодня он мог пополнить криминальную статистику…

Случайные попутчики. Азазель и Янош

Дорога предстояла долгой, двое суток в пути. А Азазель не привык проводить время в тишине. Его же сосед по купе явно был человеком противоположного склада характера. Его презренно поджатые губы, наморщенный нос и скрещенные на груди руки выдавали в юноше натуру закрытую и недружелюбную.
Азазель вздохнул, но все-таки предпринял попытку.
- Погода в Канаде сейчас так себе. Дожди эти - кошмар.
Янош Квестед, сидящий напротив, бросил на него короткий взгляд и отвернулся к окну. За стеклом из серых унылых туч лил дождь.
- Вот в России хоть и зимы суровые, но не эта вот мерзость!
Тема с погодой не сработала, а значит, стоило перейти к чему-то провокационному. От слов о России американцы обычно заводились с пол-оборота, вступая в горячий спор, будто только этого и ждали.
Но Янош продолжал молчать, хотя его бровь недовольно дернулась.
- Сейчас бы шашлычка. Водка-то у меня есть, но без закуски не то! – Азазель подмигнул парню, улыбнулся во все тридцать два зуба и дернул свертком подмышкой.
Парень какое-то время подозрительно сверлил его взглядом, а потом опять уставился в окно.
- Как-то тихо у нас, не находишь?
Вся эта тишина и разговор сам с собой уже начинал раздражать Азазеля. Ну, как так можно? Что вообще взял с собой этот парень? Чемодан, вон, красивый какой, да маленький. Что туда сложишь? Баян туда точно не влез, на водку парень не среагировал, закуской от него не пахло. Не чай, костюмчиков и панталонов набрал с собой в дорогу. Вот салага!
Азазель сунул руку в свой походный рюкзак цвета хаки и достал оттуда колоду потрепанных карт. В соседнем купе было шумно, там болтали и явно собирались не то спорить, не то играть. А он сидел тут в тишине, как дурак.
- Как на счет сыграть в картишки? – он подмигнул парню, а тот вдруг закрыл глаза и свесил голову на грудь.
Уснул, что ли?! Нет, Азазель и сам мог спать, как лошадь, стоя, если сильно уставал. А то и шел, спя на ходу. Но вот так, чтобы посреди разговора…
Повозившись и посетовав на жизнь, он взял бутылку, карты и пошел в соседнее купе.
Янош тут же «проснулся» и тряхнул головой. Угораздило же попасть в купе с каким-то коммунякой болтливым! Сам Янош относил себя к благородной группе меланхоличных интровертов и лишний раз предпочитал не раскрывать рта. Молчание – золото! Это было его первым правилом, которым он пользовался большую часть своей жизни. И оно прекрасно работало. Еще ни один странный тип не сумел втянуть его в сомнительную беседу или предприятие, которыми всегда пугала его покойная матушка.
Так и в этот раз он избежал сомнительного знакомства, а Азазель больше не пытался разболтать молчуна, проведя остаток пути в соседнем купе с группой веселых русских туристов.

Вопрос: ?
1. Прочел, + 
2  (66.67%)
2. Прочел, - 
0  (0%)
3. Не нравится тематика - не буду это читать 
1  (33.33%)
Всего: 3

@темы: Эрик Леншерр, Чарльз Ксавье, Фанфики (Funfiction), Мое творчество, Люди Икс